Трое в России, не считая собаки. Глава 21

Двадцать первая глава литературной имитации Джерома К Джерома. Герои "Трое в лодке, не считая собаки" приезжают в Россию преподавать английский язык в наши дни. Художественное чтение для изучающих английский язык . С забавными лингвистическими наблюдениями и шутками по поводу отличий английского и русского языков.

 

 


Особенности национального пития - чудеса русской водки - загадка широкой русской души раскрыта


Я, кажется, начал постигать Россию. Впрочем, сами русские давно выяснили, что это невозможно. Один русский поэт сказал знаменитые ныне слова «умом Россию не понять». Это, наверное, самые цитируемые у русских строчки, наряду с «Воруют!». Это последнее высказывание приписывают историку Карамзину.

Но, все-таки, какой-то свет для меня забрезжил. Где он забрезжил, не спрашивайте – я и сам не знаю. Я стал постигать Россию через алкоголь. Видели ли вы, как пьют виски шотландцы? Их грубые, как скалы окрестных гор, лица в полутьме какого-нибудь питейного заведения на задворках Абердина или Глазго не меняются. Возможно, чуть краснеют, но эта краснота распространяется по лицу равномерно, не выделяя никакую его часть.

А ирландцы? Где-нибудь в глуши Даблина, который русские почему-то старательно называют Дублином, происходят удивительные метаморфозы. Настоящий ирландец, по мере роста его опьянения, становится растрепанным. Да, да, причем, что вообще не поддается никакому объяснению, растрепанными становятся даже абсолютно и безнадежно лысые. Возможно, это не изученный еще наукой особый вид внутренней растрепанности, которая проявляется у всех, даже у лысых.

Но русские… А может быть, дело в русской водке? Все-таки это своеобразный напиток. Думаю, русские не стремились сделать его очень уж приятным на вкус, слишком часто они его используют для мер реанимационного характера. То есть, это этакий коньяк с касторкой. Неудивительно, что это так пахнет. В общем, сначала я опишу, что произошло с Джорджем, когда он не сумел, в конечном счете, увернуться от очередного подлета подноса-самолета.

Итак, Джордж взял в нетвердую руку стакан, а в другую несгибаемая Ольга вложила ему склизкий огурец. Стакан был довольно большой, не удивлюсь, если в нем содержалось двести грамм огненного напитка. Каким образом и когда Джордж овладел техникой питья русской водки залпом? А может быть, это могучий инстинкт самосохранения англичанина сказал свое веское слово? Или, быть может, предки Джорджа имели соответствующий опыт во времена Крымской войны?

Так или иначе, Джордж лихо опрокинул стакан в свое горло. От немедленного удушения рвотными массами его спасло только заглатывание огурца. Да, от ужаса Джордж проглотил огурец целиком, благо тот был не очень большим и достаточно скользким. После этого с минуту не происходило ничего примечательного. Джордж прислушивался к внутренним ощущениям, мы наблюдали за Джорджем. Я – с научными целями, да простит меня мой друг, а Ольга – с сугубо утилитарными.

Через минуту я заметил, что нос Джорджа покраснел. Лицо – почти нет, а нос приобрел апоплексический оттенок. Но это были цветочки. Ягодки состояли в том, что Джордж стал способен к левитации. Он просто поднялся на креслом, в котором сидел, совершенно не меняя позы. Если раньше он сидел в кресле, то теперь – однозначно над креслом.

Именно этот момент натолкнул меня на еще одно возможное объяснение этого странного эффекта от питья русской водки. Я думаю, что от принятия внутрь двухсот грамм русской водки расширяется душа. Причем, не только русская душа, ибо Джорджа трудно заподозрить в существовании у него русской души.

Именно этот эффект имеется в виду, когда говорят о «широкой русской душе». Естественно, совсем не все вдаются в технические детали – как и от чего эта самая душа широкая. Но я – знаю секрет, и с радостью сообщаю его вам. От русской водки расширяется любая душа, не только русская. Возможно, русская расширяется сильнее, это науке еще предстоит выяснить.

Выпитый Джорджем стакан русской водки оказался прелюдией к русской вечеринке типа «застолье». Праздновалась помолвка Ольги и настоящего английского джентльмена, основными достоинствами которого были лондонская квартира и счет в Барклайз-банке. Сказать, что Ольга была оперативна – ничего не сказать.